Свое пространство
30 октября 2018 - 06 января 2019
Исследовательская платформа PinchukArtCentre представляет групповую выставку «Свое пространство», которая предлагает один из возможных взглядов на историю украинского искусства и позицию женщины в ней, делая акцент на исключительных художественных феноменах и принимая во внимание сложные особенности украинского социально-политического контекста. С целью создания живого архива украинского искусства с начала 1980-x до настоящего времени, Исследовательская платформа визуализирует результаты своей работы постоянной выставочной деятельностью.

Ее название отсылает к хрестоматийному эссе Вирджинии Вулф «Своя комната» (1929), в котором писательница затронула стереотипное представление о позиции и месте женщины-художницы в «мужском» мире. Апеллируя к этому названию, выставка предлагает задуматься, что является «пространством» женщины в современном украинском обществе. Проект не дает четких определений, каким должно быть это пространство, скорее задает вопросы, что является зоной комфорта, свободы, местом для высказывания и т.д.

Участники выставки: Евгения Белорусец, Екатерина Билокур, Яна Быстрова, Екатерина Ермолаева, Маргарита Жаркова, Анна Звягинцева, Семен Йоффе, Жанна Кадырова, Оксана Казьмина, Алевтина Кахидзе, Алина Клейтман, Алина Копица, Оксана Павленко, Мария Примаченко, Полина Райко, Влада Ралко, Марина Скугарева, Ганна Собачко-Шостак, Николай Трох, Александр Чекменев, Оксана Чепелик и Анна Щербина.

Эта выставка – попытка показать специфику украинского художественного контекста, который, унаследовав существенные противоречия советского опыта, одновременно несколько искусственно пытается вписаться в уже имеющиеся западноевропейские нарративы.

Условно выставка состоит из трех разделов, в которых по-разному трактуется идея пространства как вынужденного/скрытого, политического/манифестационного, телесного/чувственного. «Пространства» конструируются вокруг диалогов между произведениями современных художников и художниц и историческими феноменами, такими как агитационный плакат 1920-1930-х годов, советское монументальное искусство, так называемое «народное творчество» и прочее. Впервые в рамках исследовательской выставки PinchukArtCentre пригласил к участию художников и художниц, которые создали новые работы, чтобы высказаться и переосмыслить затронутые вопросы.

Кураторы выставки – Татьяна Кочубинская и Татьяна Жмурко.

Выставка стала возможной благодаря сотрудничеству с Национальным художественным музеем Украины, Национальным музеем украинского народного декоративного искусства, Национальной библиотекой Украины им. В. И. Вернадского, Благотворительным фондом имени Полины Райко.

Технический партнер выставки: Front Pictures.
В этом зале воссоздана «своя комнаа» Полины Райко (1928-2004) - художницы, родившейся и всю жизнь прожившей в городе Цюрупинск (теперь - Алешки) Херсонской области. Райко стала известной в начале 2000-х годов благодаря своим росписям, которыми она полностью покрыла свой дом. Ее живопись объединяет автобиографические истории, религиозные мотивы, советскую символику, сны. В своем доме из семи небольших комнат Райко создала собственную «иконографическую систему» сюжетов и образов, которые описывают ее земную жизнь и представления о жизни после смерти.

Не имея профессионального образования, Полина Райко начала творить лишь в конце 1990-х годов. Причиной тому стало вынужденное трагическое одиночество: потеря мужа, дочери и сына дала выход хтонической энергии. В жизни Полина Райко воплощала стереотипный образ затворницы - «полусумасшедшей» женщины, которую обычно не понимает и осуждает общество. Уединение открыло для художницы возможности неограниченной творческой свободы, физически замкнутой, однако, в пространстве «своей комнаты».

Художница Анна Щербина вступает в диалог с «комнатой» Полины Райко и создает аудиоработу. Произнося зооморфные нутряные звуки, она как бы поднимает из глубин нечто доречевое, архаичное, животное, имеющее отношение к физиологическим инстинктам, противоположным социальному и властному. Во время общего «бормотания» иногда звучит четкое «НЕТ», которое одно таит в себе политический заряд и способно проявить голос женщины в современном обществе.
Воссоздание росписей дома Полины Райко (1928–2004)
Фотосъемка: Семен Храмцов
цифровая печать
Предоставлено Благотворительным фондом им. Полины Райко
Апеллируя к стереотипам о «женском» творчестве, сложившихся исторически и сводящихся к таким художественным практикам, как плетение, вышивка, ткачество и т.д., этот зал конструирует интимное скрытое пространство, в котором переплетаются медиа, поколения, контексты. Здесь создана атмосфера домашнего уюта, за сохранение и поддержание которого традиционно отвечала женщина. Среди прочего в зале представлены работы Катерины Билокур и Марии Примаченко - художниц, чье творческое формирование происходило в условиях строгого патриархального общества при отсутствии «своей комнаты». Это не позволило им реализоваться как профессиональным художницам. «Подавленное» творческое и женское воплотилось в создании особого образного мира, который населяют вымышленные звери, птицы и цветы. Эти наивные образы ожидаемы от женщины, а потому разрешены в мужском мире.

Их работы представлены в диалоге с гобеленом Маргариты Жарковой - художницы, стоящей у истоков нонконформистского движения в Одессе, чья квартира стала местом встреч и первых квартирников. Поддерживая развитие художественных процессов, Жаркова запустила собственную художественную практику во благо других, «талантливых», по ее мнению, художников. Все эти работы, собранные вместе, задают вопрос: где то место, в котором можно найти пространство для творчества? Кульминация зала - работа Алины Клейтман, в которой художница аккумулирует и доводит до абсурда стереотипы и клише в обществе, связанные с самовосприятием и самовыражением женщины. Героиня ее видео унижает, стигматизирует себя, чтобы понравиться мужчине.
Алина Копица
Интерьер, 2018
текстильный коллаж
Создано по заказу PinchukArtCentre
Алина Копица в своей художественной практике осознанно использует текстиль как «типичный» женский материал, но насыщает его откровенным эротическим содержанием, проблематизируя позицию женщины в современном обществе. Ее новая работа физически разделяет две комнаты и маркирует раздел выставки, посвященный интимности. Работа выступает как метафора сокровенного личного мира и одновременно как препятствие на пути зрителя, скрывая и защищая. Собранные в одном пространстве, все эти произведения воплощают в себе «перекресток» разных «комнат»: ее отсутствия (Билокур, Примаченко), неуверенности и самоистязания (Жаркова, Клейтман), комфорта (Скугарева).
Алина Клейтман
История о старой толстой девочке. Глава третья. Выщипанный лоб, 2018
видео
Создано по заказу PinchukArtCentre
Мария Примаченко
Большая ссора, 1936 та Коричневый зверь, 1936
бумага, акварель
Предоставлено Национальным музеем украинского народного декоративного искусства
Марина Скугарева
Мне хорошо, 1996
кровать, подушки, вышивка
Предоставлено художницей
Инсталляция Марины Скугаревой «Мне хорошо» создана в 1996 году под кураторством Марты Кузьмы для Центра современного искусства Сороса в Киеве. Работа состоит из металлической кровати и подушек с вышитыми портретами художников, близких для Скугаревой людей - ее мужа Олега Тистола, друзей Николая Маценко и Константина Реунова, и автопортрета. В самом названии произведения заложена идея домашнего уюта, комфорта, среды дружеского круга, необходимых для творчества.

Однако металлическая панцирная кровать, на которой лежит подушка с изображением самой художницы, порождает ассоциации с казенными учреждениями и вызывает дискомфорт, что противоречит интимности общей атмосферы. Эта работа вполне проявляет противоречие 1990-х годов, когда возможность творить во многом была обязана сообществу друзей, состоящему преимущественно из мужчин. Часто выполняя защитную функцию, они одновременно становились препятствием для творческой реализации женщины-художницы в публичном поле.
Марина Скугарева
Попугай, 1992
холст, масло, вышивка
Предоставлено художницей
Маргарита Жаркова
Крыло, 1984
гобелен
Предоставлено Юлией Жарковой
Екатерина Билокур
Цветы и орехи, 1948
холст, масло
Предоставлено Национальным музеем украинского народного декоративного искусства
Этот зал демонстрирует «внешнее», политическое пространство, в которое женщине надо было выйти с лозунгами и плакатами, чтобы завоевать права, которые она сегодня имеет. Право избирать и быть избранным, право на образование и профессиональную реализацию теперь кажутся чем-то вечным, данностью, однако когда-то они были обретены дорогой ценой.

Концептуальное решение зала сказалось на трансформации его архитектуры, которая задает две смысловые линии. Первая связана с праздником 8 Марта как воплощением идеи борьбы за равенство, а вторая показывает, что это равенство в определенной степени достигалась за счет маскулинизации женщины. Первую линию начинает работа Оксаны Павленко «Да здравствует 8 марта!», В которой художница изобразила группу женщин, вышедших на демонстрацию. Сейчас работа напоминает о политическом заряде этого праздника, который со второй половины ХХ века превратился в декоративное поздравление мужчинами женщин. Эту первую линию усиливают плакаты 1920-1940-х годов с лозунгами и призывами. Большинство плакатов напоминают о первой волне феминизма, которая в Советском Союзе продолжалась совсем недолго и завершилась уже в начале 1930-х. Авангардные по форме, смелые по содержанию плакаты 1920-х годов демонстрируют настоящую попытку эмансипации женщины, тогда как плакаты середины 1930-1940-х годов только эксплуатируют и имитируют былые призывы к равенству. Это выразилось и в художественной форме: плакаты становятся серыми, шаблонными, безóбразными. Объединенные в одной инсталляции, они превращаются в символическую «руину истории», проявляют человеческое свойство забывать.

Вторую линию задает картина Семена Йоффе «Стрелковый кружок (в тире)», на которой изображена «женщина-воительница». Эта картина показывает, как происходила эмансипация женщины в 1920-1930-х годах. Преимущественно это реализовывалось за счет ее маскулинизации: по всем физическим параметрам женщина приравнивалась к мужчине, это касалось и труда на производстве, и участия в боевых действиях и общественной жизни и т.д. Работа Йоффе вступает в диалог с видео Оксаны Чепелик «Хроники от Фортинбраса», в котором художница анализирует современное ей общество и констатирует новый виток патриархального бытия. В своем фильме Чепелик конструирует образ эмансипированной женщины 1990-х годов, оказавшейся снова в ситуации борьбы вследствие политического и экономического кризиса после распада СССР, приведшего к маскулинизации общества в целом.
Ксерокопии печатных плакатов 1920х-1940х годов
Оригинальные печатные плакаты принадлежат запасам Национальной библиотеки Украины им. В.И. Вернадского
Семен Йоффе
В тире (Стрелковый кружок), 1932
холст, масло
Предоставлено Национальным художественным музеем Украины
Оксана Павленко
Да здравствует 8 Марта! 1930–1931
холст, темпера
Предоставлено Национальным художественным музеем Украины
Оксана Чепелик
Хроники от Фортинбраса, 2001
оцифрованная 35-мм пленка, 30'
предоставлено «Украинской студией хроникально-документальных фильмов»
В основу фильма Оксаны Чепелик «Хроники от Фортинбраса» лег одноименный сборник философской эссеистики Оксаны Забужко, в которой писательница вывела образ Украины, насилованной чужаками. В фильме этот образ разворачивается буквально: обнаженная женщина становится объектом длительных пыток двух уродливых карликов, олицетворяющих мужское тоталитарное начало. Эти сцены чередуются с фрагментами исторических фильмов, документальными хрониками начала ХХ века и времени создания фильма.

В названии Чепелик обращается к Фортинбрасу - вымышленному персонажу трагедии Уильяма Шекспира «Гамлет, принц датский». Непосредственный участник событий, Фортинбрас переводит их в разряд хроник одновременно с их развитием. В фильме Чепелик констатирует ситуацию конца 1990-х годов, когда на фоне политического и экономического кризиса наблюдался возврат к архаичным, патриархальным ценностям.
Алевтина Кахидзе
44, 2018
видео
режиссура, камера, монтаж: Екатерина Горностай, Никон Романченко
грим: Татьяна Малюга
Создано по заказу PinchukArtCentre
В своем видео «44» Алевтина Кахидзе пытается воспроизвести 44 различные эмоции в ответ на вопрос к женщине «Есть ли у вас дети?». Эмоции варьируются от безразличия или беспомощности до злости и отчаяния, от бессилия или обиды до обреченности и смирения. Число «44» взято как предельный репродуктивный возраст для женщины, как это утверждает украинская репродуктивная медицина. В этой работе художница завтрагивает вопрос репродуктивного насилия в современном украинском обществе. Всегда ли рождение ребенка - это выбор женщины, либо это традиционное восприятие функции женщины как сугубо детородной? Анализируя общество, существующие в нем стереотипы и спекуляции относительно деторождения, Кахидзе в своей работе дает простор для размышлений о моральном насилии, утверждении собственного выбора и личной ответственности.
Александр Чекменев
Из серии «Победители», 2002 – 2012
фотобумага, аналоговая печать
Предоставлено художником
Представленные в этом зале работы объединяет идея советского монументального искусства, расцвет которого приходился на 1960-е годы. В Украине существовала целая плеяда ярких художниц, творческая и преподавательская практика которых тесно связана с монументальным искусством. Среди них Алла Горская, Ада Рыбачук, Людмила Семыкина, Татьяна Яблонская и другие. Именно монументальное искусство в советские времена открывало возможности для свободы выражения - идеологическое по содержанию, однако его большей частью прикладная функция и условная художественная речь давали возможность экспериментировать с формой. Активное привлечение женщин-художниц к физически сложному монументальному искусству раскрывает феномен тоталитарной идентичности - без деления на женское / мужское.

«Человек – а с ней и искусство – нелегкой ценой становится всемогущим – и вечным», - писала Ада Рыбачук, чья масштабную фотография представлена в центре зала. Ада Рыбачук изображена на лесах во время работы над Стеной памяти на Байковом кладбище в Киеве, над которой художница вместе со своим мужем художником Владимиром Мельниченко работала почти двадцать лет и которая 1982 году была залита бетоном.

Работы Жанны Кадыровой из долгосрочного проекта Second Hand, который она начала 2014 года и работает над ним до сих пор, возникают в диалоге с осмыслением наследия советского монументального искусства. В своих произведениях Кадырова часто применяет кафельную плитку: и как средство художественной выразительности, и как носитель информации. В серии Second Hand художница создает различные объекты в форме одежды, напоминающей советскую моду 1960-1970-х годов, и использует для этого оригинальную кафельную плитку из Киевской кинокопировальной фабрики, автостанции «Полесская», Дарницкого шелкового комбината. Сегодня эти здания либо не существуют, либо лишены своих первоначальных функций. Так объекты Кадыровой обретают новую историческую ценность: они являются носителями памяти советского производства и культуры быта.
Жанна Кадырова
Second Hand. Дарницкий шелковый комбинат, 2015
кафельная плитка, фотографии, відео
Предоставлено Galleria Continua
Жанна Кадырова
Second Hand. Автостанция Полесское, 2017
манекен, кафельная плитка, фотография
Предоставлено Galleria Continua
Жанна Кадырова
Second Hand. Киевская кинокопировальная фабрика, 2017
кафельная плитка, фотографии, видео
Предоставлено художницей
Художница Ада Рыбачук (1931–2010) во время работы над композицией «Гражданская оборона» для «Стены памяти» на Байковом кладбище, Киев, 1977
Автор фотографии: Владимир Мельниченко
Предоставлено Владимиром Мельниченко
На фотографії зображено художницю Аду Рибачук під час роботи над рельєфами Стіни пам'яті на Байковому кладовищі в Києві. Рибачук власноруч працює над складними об'ємними металевими конструкціями для композиції «Громадянська оборона», присвяченої жінкам у Другій Світовій війні, котрі рили окопи і встановлювали протитанкових «їжаків» у Голосіївському лісі.

Над Стіною пам'яті Рибачук разом зі своїм чоловіком, художником Володимиром Мельниченком працювала тринадцять років — від 1968-го, коли вони зробили перші начерки проекту, до 1981-го — часу майже повної його реалізації. У січні 1982 року, коли роботи було практично завершено, вийшло розпорядження ліквідувати Стіну.

Стіна пам'яті — це міцна масштабна конструкція завдовжки 213 метрів і заввишки від 4 до 16 метрів, виконана з металу й бетону. Для роботи над нею художники вигадали унікальну технологію, на яку їх «наштовхнув» Пабло Пікассо.

Володимир Мельниченко розповідає: «Ми з Адою роздивлялися подаровану нам книжку про майстерню Пікассо. Серед інших фотографій знайшли маестро в трусиках, босоніж, який танцював перед своєю дамою з паличкою з вогнем і вимальовував нею вогняні фігури. І Ада запитала мене: "Володя, ти відчуваєш форму об'єктів, які малює маестро цим рухливим вогнем?" Я відповів: "Так, відчуваю і бачу. Як бачу форми і лінії вулиць, коли по них рухається транспорт!" І Ада сказала мені: "Невже ми не можемо наші об'ємні форми намалювати в металі так, як Пікассо малює вогнем?!!" Я відповів: "Так!"»
Евгения Белорусец
Я и она, 2018 (переосмысление работы 2012 года)
инсталляция: тираж книжек, предметы
создано по заказу PinchukArtCentre
Інсталяція Євгенії Бєлорусець «Я і вона» — авторське переосмислення роботи, яку художниця створила в рамках проекту «Жіночий цех», організованого незалежною групою «Феміністична офензива», що відбувся 2012 року в Центрі візуальної культури. Тоді Бєлорусець запропонувала учасникам вибрати будь-який предмет, який відповідав би їхній особистій фемінній ідентичності, і замислитись над своїм вибором — яке він має значення. Результатом роботи стала «колекція» фотографій із зображенням учасниць і учасників та їхні «голоси» у формі супровідних текстів. Проект зафіксував ситуацію існування спільноти, яка давала підтримку і можливість вільно проговорювати табуйовані суспільством теми.

Для виставки «Свій простір» Бєлорусець створила однойменну книжку, у якій вона переосмислює ту ситуацію і ставить питання: чи може існувати така спільнота сьогодні, в контексті політичних змін, які сталися в нашому суспільстві?
Яна Быстрова
Planche de contacte (Контактные листы), 2005
авторская техника, цифровая печать
Предоставлено художницей
Для формування творчої особистості Яни Бистрової важливою була наприкінці 1980-х її участь у сквоті у Фурманному провулку в Москві, куди вона поїхала слідом за своїм чоловіком художником Костянтином Реуновим та друзями-художниками Мариною Скугарєвою й Олегом Тістолом. Там Бистрова опинилася серед потужної творчої спільноти, де доводилося утверджувати свою мистецьку й жіночу ідентичність.

Серія «Planche de contacte (Контактні листи)» автобіографічна. У ній Бистрова експериментує з власним тілом, піддає його різним деформаціям, ніби розкладаючи себе на фрагменти. Образи сповнено крихкістю, непевністю, порушенням внутрішньої рівноваги, роздумами про своє місце жінки-художниці. Робота фіксує ситуацію нестабільності і пошуку орієнтирів, характерну для середини 1990-х, коли художниця вдалася до таких експериментів, що їх продовжує досі.
Екатерина Ермолаева
Одним духом, 2018
цифровая печать, коллаж
создано по заказу PinchukArtCentre
У своїй новій роботі Катерина Єрмолаєва осмислює мистецтво й культуру 1960–1970-х років через моду, коли зовнішня репрезентація і поведінкова модель ставали одним зі способів самовиявлення й утвердження індивідуальності. Художниця розфарбовує простір у кольори тканин, популярних у СРСР часів десталінізації та виникнення перших Будинків мод.

У властивій для її художньої практики манері перевтілення і розробки життя персонажів, Єрмолаєва приміряє на себе роль жінки 1960–1970-х років. Запозичуючи окремі елементи із творів Алли Горської, Єлизавети Кремницької, Марґіт Сельської і Людмили Ястреб, вона створює щось на зразок просторового колажу, через який вона втілює узагальнений образ безкомпромісності і незалежності.
Влада Ралко
Из серии «Призрак свободы», 2018
холст, масло
Предоставлено художницей
У залі представлено нову серію робіт Влади Ралко «Привид свободи». У ній художниця зобразила інтер'єри порожніх законсервованих будівель покинутої канівської турбази, де вона й створила цю серію. Ралко населяє свої полотна антропоморфними фігурами. Репресивний простір поглинає їх, дивним чином трансформуючи їхні тіла. Ралко у своїй практиці часто порушує питання унормування людського через підпорядкування будь-яким системам. У цій серії вона трактує це «регламентування» через особливості і статус жіночого: «Годі заперечувати, що я розглядала тему крізь особливості і статус жіночого, яке я, однак, не виділяла окремо, а радше зауважувала як важливий маркер стану людського взагалі. Жіноче, а саме його особлива тілесність, накинуті суспільством об'єктивованість, підпорядкованість та іманентність видаються мені часом точними метафорами маргінального становища людського, коли те наважується "прийняти пропозиції" системи», — зізнається художниця у своєму тексті до серії.
Ключевая работа в зале - видео Оксаны Казьмин, в котором художница создает что-то вроде райского сада, дикого, первозданного, где живут его герои - Девочка и Мальчик. Играя и примеряя на себя разные роли, как дети, которые пытаются подражать взрослым, они на интуитивно-чувственном уровне познают мир и впервые испытывают сексуальное. Стишки из детского фольклора, которые проговаривают герои, детские «секретики», закопанные в земле, возникают едва ли не первыми социальными конструктами, через которые происходит взросление и самопознание. «Естественное», пребывающее в конфликте с «социальным», здесь предстает как сфера чувственного, телесного, сфера свободы и незаангажированности.

Все работы в зале пронизано чувственностью, свободой, неопределенностью и непредсказуемостью. Лишенные клише и стереотипов, они испытывают социальные и естественные границы пола. Их объединяет тема игры: от неосознанно эротической, интуитивной у Анны Собачко-Шостак, метафорической у Анны Звягинцевой до откровенно сексуальной у Алины Копицы и телесной у Николая Троха. На фотографии Троха изображен мужчина, который прячет половые органы, что подчеркивает андрогинность человеческой природы. «Андрогинный ум - тот, который на все реагирует, все впитывает, свободно выражает свои чувства», - писала Вирджиния Вулф. Диалог представляемых произведений проявляет идею «телесного» пространства - чуть ли не единственного незаангажированного пространства свободы и выбора.
Алина Копица
Кукольный домик, 2016
текстильный коллаж
Предоставлено художницей
Ганна Собачко-Шостак
Цветок-редька, 1912
бумага, акварель
Предоставлено Национальным музеем украинского народного декоративного искусства
Николай Трох
Без названия, нач. 1990-х
серебряно-желатиновый отпечаток, химическое тонирование
Предоставлено Сергеем Лебединским
Анна Звягинцева
Линейка, 2018
переделанная линейка, рисунки, созданные с помощью линейки
Предоставлено художницей
Оксана Казьмина
Секрет. Девочка и мальчик, 2017
видео, 13' 6''
Предоставлено художницей

Вернисаж

Фото на доступны для использования в СМИ.
При использовании фотоматериалов, пожалуйста, указывайте следующую информацию.
Фотографии предоставлены PinchukArtCentre © 2018. Фотограф: Александр Пилюгин.

Публикации

Вторник – Воскресенье с 12:00 до 21:00
Понедельник — выходной
Вход свободный

Время работы

Местоположение

ул. Большая Васильковская/Бассейная 1/3-2, Киев, Украина
+380 44 590-08-58
[email protected]